?

Log in

No account? Create an account

[sticky post]Про этот ЖЖ
zh495
Тут в основном ссылки на материалы, которые я считаю интересными или актуальными в данный момент и которые часто является продолжением разговоров или споров с друзьями. (не виртуальными)
Виртуальным друзьям я всегда рад, тем более они иногда становятся "реальными".

[reposted post]БАЧИШЬ, КУМА, ЦЕ НИГР!
m_simonyan
reposted by zh495
Кубань – это край особой судьбы,
это наша Сицилия, это наш Техас…

из телерепортажа Алексея Пивоварова




Была типичная на Кубани поздняя осень. Рыжеусая чомга-поганка уже бросила вместе с птенцами свое гнездо из рогоза, перемокли на черной земле бодылки стерни, рак давно потерял ржавый панцирь и забился до первой весны под корягу, но высокое солнце еще отражалось в лиманах и тихонечко зацветала офонаревшая от ноябрьской жары сирень.

Согреваемые солнцепеком, мы бредем вдоль дороги — угрюмый водитель Гагр, грозный грек со сломанным носом, и всегда молчаливый Андрюха, высокий худой оператор в заправленном в черные джинсы вязаном свитере, — и тут мне звонит из Москвы отдел городов.

— Скажи, — говорят города, — у вас есть на Кубани какие-нибудь хутора?

— Ну есть, — говорю, — хутора. Фактически, кроме хуторов, ничего и нет.

— Тогда подготовьте какой-нибудь хутор поприличней, только не спрашивай, для чего. И чтобы у него было чумовое название. В строжайшем секрете! Отвечаешь своим будущим!

«Все понятно, — думаю я. — Раз в строжайшем секрете — значит, Путин прилетит. Только этого нам не хватало».

Мы с парнями сели в свой жигуленок, знающий жизнь не по бумажным фантикам, достали карту. Названия как названия. Старонижестеблиевская, Старые Кирпили, Новые Кирпили, хутор Сухая Щель, хутор Красный Конь, хутор Веселая Жизнь. Ни одного чумового названия.

И вдруг Гагр тычет пальцем в дорожный знак прямо у нашего жигуленка. «Х. Казаче-Малеванный».

На следующий день хутор Казаче-Малеванный стоило переименовать в хутор Веселая Жизнь, Красный Конь и Сухая Щель одновременно. Там началась паранойя.

Еще раньше, чем я сама, в крае узнали, что в Малеванном будет телемост с Президентом. «Измена!» — спинным мозгом почувствовали краевые начальники.

Рано-вранци поутру в мирные мазанки хуторян постучали. Мужчины в серых костюмах и женщины в розовых кофточках раздали хуторянам «анкэты», и под крики пузатых младенцев, вопли недоеных телок и стоны некормленых казаков заставили тут же их заполнять.

— Нэвжеш сызнова?! — майским градом ударило в головы потомкам недораскулаченных.

Вопросы в анкетах были примерно такие: «Чем вы недовольны? Чем недовольна ваша родня? Чем недовольны соседи? Вы писали Путину? А кто писал?» И подпись — «Администрация».

Потом позвонили мне, какое-то краевое начальство. Разговаривали со мной строго. Примерно так:

— Мы все не дети. И ты не дети. Хорош валять дурака, колись давай, почему Казаче-Малеванный? Кто писал, кто жаловался, кто порочил кубанскую честь? Шо газа нету, так его нигде нету. Шо надои упали, так они везде упали.

— Да надои тут ни при чем! – попискивала я.

— Вот и я бачу, шо нэ при чем. И Путин ваш шо опять же с теми надоями сделает? Сам доить будэ?

— Не будет.

— Вот и я бачу, шо не будэ. А шо хуторскую школу недостроили, так то жиды! Завтра утром усих жидив посадим, а кого не посадим — повесим! Так Путину и скажи. Шоб не волновался.

Я пугалась и малодушничала. Дался, думаю, городам тот телемост. Лучше бы с Ростовом пообщались. Или со Ставрополем. Все-таки у меня на Кубани семья, дети будущие. А телемост — вещь мимолетная, ненадежная. Закончится — изведут меня тут, как клопа-черепашку, вместе с будущими детьми. Красивая девушка пройдет мимо, а со свернутой шеей жить, как говорится.

В хуторе голосят индоутки, бабы носятся вдоль ерыков, расхристанные, продираются цапкой сквозь ровные грядки, начищают сияющие потолки и крахмалят напирники. Все-таки Путин по телевизору будет на них смотреть — стыдно.

Самая расхристанная из хуторских, породистая казачка, косая сажень в плечах, подлетает ко мне, голосит громче всех индоуток:

— Ты, шо ли, тут атамануваешь, коррэспондэнтка?

— Ну я командую, да.

— Объясны мне, будь ласка, нашо ты к Малеванному причепилась? Видкиля ты нас вообще нашла?

— Да по карте просто нашла.

— Шо ты бакы мне забываешь? — могучая женщина подозрительно щурит глаза, разглядывая мое лицо. Вдруг ее осеняет:

— Ты вирменка, чи шо?

— Ну да, армянка.

— Одны биды от оцых вирменев, — обреченно вздыхает казачка. — Пидэм до хаты, хоч горылочки выпьем по-людски, побалакаем.

Казачку звали Галюся. На базу у Галюси гуртом гоготали ленивые индюки, в дальнем теплом хлеву терлись розовыми боками подсвинки, черномазая кошка заглядывалась на подросших цыплят, а у хаты для красоты в старых шинах цвели последние в этом году георгины.

В ее низкой саманной мазанке с голубыми наличниками и утоптанным глиняным полом пахло сдобными паляницами — как во всех незабвенных мазанках колосистых кубанских степей.

У входа за тоненькой занавеской читались заботливые ряды трехлитровых баллонов, набитых солеными синенькими, фаршированными морквой, разноцветным болгарским перцем, острыми огурцами с укропом, мочеными бураками, арбузами, яблоками, компотами из красной и белой черешни, грушевым джемом и сладким вареньем из зеленых арбузных корок — все, для чего пронеслось, моргнув перелетными цаплями, потное и тягучее полевое казачье лето, которому — вот уж ажно ноябрь, а конца и краю нэ выдно.

Из вороха белоснежных перин вынырнула махонькая старушка в платочке, уставила на меня такой же, как у Галюси, подозрительный взгляд.

— Баба Павля, — представила Галюся.

— Павлина Полуэктовна, — строго поправила старушка, продолжая меня разглядывать.

— Звыняйтэ, мамо, — вздохнула могучей грудью Галюся и выскользнула за порог.

— Ты, я бачу, нэ казачка? — спросила меня баба Павля.

— Нет, почему же. Очень даже казачка. Тут родилась, — ответила я.

— Болдырка, чи шо?

— Не. Вирменка, — сдалась я.

— А-а-а. Ну, це ще поганее, — приговорила баба Павля.

Галюся в этот момент выносила из погреба слюдяное домашнее сало, моченые яблоки и бутыль желтоватой горилки.

— Як е горылка, то и в аду нэ жарко! — справедливо заметила Галюся и тут же заголосила:

— Биду ты нам прынэсла, Марына, на вись билый свит! — Галюся налила, хлопнула и налила еще. — Та шо, всэ одно помырать.

— Никому нэ трэба помырать! — я тоже опрокинула стопку и собрала в кулак остатние знания ридной балачки. — Ты подывыся на это с другой стороны. Вам шо на хуторе трэба?

— Нишо нам нэ трэба! Всэ у нас е! — горячилась Галюся.

— Газу немае, — строго отрезала баба Павля, которая не отставала от нас по горилке.

— Звыняйтэ, мамо, — снова вздохнула могучая Галюся.

— О! Газ! Вот за газ и побалакаете с прэзыдэнтом! — успокаивала я.

— А шо, за газ разрешат побалакать? — недоверчиво посмотрела Галюся.

— А хто жеж нам запрэтить? Мы жеж край особой судьбы! — увещевала я. — Шо вы кажете, Полуэктовна?

Баба Павля поправила свой крахмальный платочек, откусила бочок моченого яблочка, оценив, так ли Галюся солила, так ли мочила, подумала и сказала:

— Я кажу, пишлы как-то козаци в городе до тэатру. На «Лэбэдынэ озэро». Сыдять, глядять. Сын грит: «А чого воны уси на цыпочках?» Батько отвечае: «Нэ знаю, сынку. Лэбэдив дюже много. Навэрно, вэсь двор в говне».

Возразить Полуэктовне нам было нечего.

Переночевав на крахмальных перинах, взбитых мощной рукой сухонькой бабы Павли, я позвонила в города.

— Спрашивать будем про газ. Народ интересуется.

— Да хоть про нефть, — поразительно быстро согласились города. — Только чтобы не было никаких славословий в адрес губернатора. Нам такие пиар-акции в прямом эфире не нужны. Отвечаешь своим будущим!

Будущим, ага. Тут с настоящим бы разобраться.

— Ну вы что, тут народ простодушный, они и слов-то таких не знают — «пиар-акция», — ответила я.

Жизнь показала, что, если и был кто в Казаче-Малеванном простодушный, так это Марына, коррэспондэнтка.

На крылечке бывшего клуба, заколоченного за ненадобностью, третий час я общалась с очередью желающих задать вопрос Президенту. Мне особенно приглянулась одна хуторянка — вежливая, приветливая, в меру щекастая, в меру румяная — телегеничная.

— Меня тоже, — говорит, — очень интересует проблема газоснабжения поселений.

Прослежу, чтобы встала рядом, ей и дам микрофон, решила я.

Мы с ребятами остановились в халабуде районной гостиницы недалеко от Казаче-Малеванного — рыженький скрип кроватей с колючими детскими одеялками, да кому нужны одеяла, когда на улице жаркий ноябрь.

Вечером я устроила алаверды нашей Галюсе — в гостиничной забегаловке накрыла ей стол с жирной местной солянкой. Когда мы остались одни, Галюся мучительно призадумалась, как будто решая, говорить мне что-то или лучше не стоит. Решилась.

— Эта твоя щокатая — нэ тутошняя. Шо-то вона мухлюэ.

— В смысле?

— Ты по-русски разумеешь чи ни? Нэ бачила я ее на хуторе ныколы. Вона спецом тебя с панталыку сбивает. Вона губернатора будет хвалить. Вона с ним вась-вась. Задание у ней такое.

— Ты что! Если кто-то в эфире начнет хвалить губернатора, меня уволят!

— А ей шо? У ней задание.

— Но она единственная, кто по-русски говорит!

— Тю! А мы на яким с тобий учора балакали?

— Мы с тобой, Галюся, балакали на балачке. А вопросы Президенту России надо задавать на русском.

— Тю. Так а я усю жисть думала, шо энто и е русский. Ладно, — задумалась Галюся. — В Журавской одна деука е. Творчэский работник. Интэллигэнтна, шо твоя бугалтэрия!

— Тащи ее! — я разлила нам по стаканам еще перцовки.

Время за полночь. Я тихонько затягиваю душераздирающую песню, которую мама пела нам в детстве как колыбельную, — о том, как казак зарубил свою жинку:

— Провожала маты-ы-ы-ы… сына у солдаты…

— Провожа-а-а-а-а-ала маты сына у солдаты, молоду нивистку — в поле жито жаты! — с ходу подхватывает Галюся молодыми казачьими переливами, вольными и глубокими, как степная Кубань.

А наутро мы проснулись в другом краю.

Засветло, продирая глаза, мы грелись гостиничным завтраком — вчерашней вечерней солянкой и зеленым квашеным помидором из подернутого плесневелой пленкой баллона. Удивлялись, чего это вдруг непривычно зябко с утра.

— А ну, открой окошко, что там на улице? — попросила я Гагра.

Гагр отодвинул засаленную занавеску. За окном ничего не было. То есть в прямом смысле слова — ничего. Ни предрассветных сумерек, ни ночной синевы. Ничего.

Гагр потянулся открыть окно и открыть его не смог.

— Та шо ты его пихаешь, там замело так, шо до березеня теперича не видкроэшь! — пожалел нас казак за соседним столом, собирая с усов капусту.

Случилось то, чему по теории вероятности отводился один шанс на миллион корреспондентских жизней: в пять утра, аккурат перед первым в истории телемостом с Президентом, на Кубань свалился самый большой снегопад за всю историю метеорологических наблюдений.

Край, как пухлявый южный медведь, провалился в берлогу и замер там до весны. Свежеубранная бахча с забытыми кавунами, кудрявое поле люцерны, лиманы с вихрами густых камышей, саманные мазанки строгих станичников с их игрушечными огородами, самодельными клумбами в старой шине грузовика перед каждой околицей, километры безглавых подсолнухов, аккуратные кладбища, белым крашенные первогодные яблоньки, вся пахучая южная степь, размежеванная на пшеницу, ячмень, кукурузу и синенькие, на квадраты рисовых чеков и сахарных бураков, теплый хлев и ухоженный баз бабы Павли, — все легло обездвиженной белой поляной.

Посреди которой нам предстояло провести первый в истории телемост с Президентом России.

В «города» я позвонила сама.

— Хлопчики, выручайте. В крае ЧС. Электричества нет, снег убрать нечем, нас пока еще не откопали в гостинице, на площадке, куда собираем народ, полтора метра снега, а у нас здесь никого. Кроме краевого начальства, которое делает все, чтобы телемоста не случилось. Единственная тарелка — в краевой телекомпании. Я позвонила председателю, а он мне сказал: «Я же тебя предупреждал, что с фамилией Симоньян ты на Кубани работать не сможешь».

— Вот видишь, — ехидничают «города», — теперь мы тебе пригодились!

— Пригодились, пригодились, очень пригодились! Пришлите кого-то вменяемого. Только это… прошу… специфику не забывайте. Тут у нас край особой судьбы.

— Что ты имеешь в виду?

— Я имею в виду, это наша Сицилия, это наш Техас! Со всеми вытекающими деликатностями. Пришлите кого-то стандартного и традиционного! Хватит с них меня.

Следующим утром мы подъедали все ту же солянку, когда отворилась дверь, и в прокуренный зал гостиничной забегаловки, пропахший вяленым судаком и чужим перегаром, вошел знаменитый продюсер Миша. Стильный москвич в шарфе Etro, оранжевых варежках и мокасинах. Под мышкой Миша держал газету «Кубанские новости» с купленной у казаков вареной кровяночкой.

Я поперхнулась маринованным патиссоном. Не могла поверить своим глазам.

Была у Миши одна особенность, пикантная в условиях казачьего хутора, затерянного в кущерях посреди пшеничных степей.

Миша, видите ли, был негр.

— Зови меня Майкл, — представился Миша, улыбнувшись во весь белоснежный рот, и рябая официантка в теплых галошах рухнула с барного стула.

У единственной хуторской булочной, она же бакалейная, она же аптека, по пояс в снегу балагурили три хуторские кубанские тетки. Лясы точили, как говорится. Толстые и румяные, в цветастых платках и черных гамашах под теплыми юбками. Негров до этого тетки видели только в фильме «Рабыня Изаура»— и то не поверили, что такое бывает. Самым черным живым человеком, встречавшимся им наяву, был скотина Ашот,
наглый беженец, который открыл у дороги шашлычную «Мой Анушик», ездит на крутой тюнингованной «Таврии» и всех бесит.

И вот к этим теткам подходит наш Миша. Такой черный-черный на фоне такого белого-белого снега. Тетки поначалу пятятся и глядят недоверчиво. Думают, это шутка такая. Думают, хлопцы хуторские намазались сажей и дурковают. Мало им, что Путин прилетит.

— Подывыся, кума. Это шо за аборыгэн? — говорит одна другой. — Чи наш хлопец, чи ни?

Кума вглядывается и понимает, что хлопец не наш. Яки ж ви хлопци, як ви нигры, как говорится.

— Кума, — медленно говорит одна, — ты бачишь, кума, це нигр! Це нигр у нас тут!

— Ой, шо творится на билом свити! — ошеломленно отвечает кума. — Ой, шо будит-то, деуки!

Все это они говорят Мише прямо в лицо, тыча в него красными пальцами, как в бессловесный музейный экспонат.

И Миша вдруг хлопается перед ними вприсядку, бьет себя по коленям и как заорет на весь хутор:

— Калинка, малинка, калинка моя! В саду ягода калинка, малинка моя!

Ор, треск, вопль! Тетки визжат, как свиньи под Рождество, хватают юбки в красные кулачищи и с криком «Ховайся, бабоньки!» разбегаются за огороды — прятаться от Миши в прошлогодних сухих камышах.

В это время в хуторском клубе, в котором лет десять не отпирался ржавый замок,
проходит встреча хуторян с губернатором. Губернатор так и не выяснил, кто из малеванцев писал Путину и о чем, и решил на всякий пожарный успокоить всех разом: пообещать газ, школу, горячую воду, повесить жидов и Ашотика и вернуть пионеров.

Мало ли что придет в голову казакам рассказать Президенту, рассудил губернатор. Пусть уж сначала со своими поговорят, пар выпустят.

Зал битком набит хуторянами. Многие в полной парадной казачьей форме. Газыря топорщатся — хоть сейчас рубать басурманов.

Встреча длится второй час, то есть давно уже свернула на любимую в те времена каждым кубанским начальником песенку — про нерусских.

— У нас в Туапсинском районе уже сорок процентов населения армяне! Доколе?

Хуторяне кричат: «Любо!» — и в воздух чепчики бросают.

И тут раскрывается настежь скрипучая дверь. Широко, с размахом. И на пороге стоит негр Миша.

Губернатор замирает на полуслове. Хуторяне хватаются за сердце. Изумленные чепчики застревают в морозном воздухе. Хуторяне и чиновники одновременно осознают, что армяне в Туапсинском районе — не самая большая проблема Кубани. В конце концов, если по-честному, они сто лет уже там живут. А вот чтобы в хуторе Казаче-Малеванном среди белого дня да живые негры — это, земляки-кубанцы, перебор.

Ошеломление от присутствия Миши было таким продуктивным, что за сутки расчистили снег, притащили тарелку и провели электричество в клуб.

И в день «Ч» стоят на белой площадке красивые сытые казаки в бурках и красных шапках, с газырями, с усами, с нагайками.

«Города» видят картинку и начинают орать на меня в том смысле, что какого хрена устроили здесь лубок, зачем все в театральных костюмах и немедленно переодеть в повседневное. Я объясняю:

— Слушайте, тут реально так ходят. По улицам. Всем до фени: телемост, не телемост — тут у нас своя свадьба. Край особой судьбы, одним словом.

Нас выводят в эфир. Путин смотрит на казаков дружелюбно, они на него — недоверчиво.

— В эфире хутор Казаче-МалевАнный, — щебечет ведущая.

— МалевАнный? Как интересно! — говорит Путин.

И вдруг вся толпа, все эти орлы-казаки с могучими тренированными голосами как заорут за моей спиной:

— Малёванный, гля, а не МалевАнный!

Я не знаю, кто изобрел узконаправленный микрофон. Пусть жизнь будет ласкова к этому человеку. Пусть дети его уважают старших и пьют дорогое шампанское. Этот изобретатель буквально спас мне жизнь и судьбу — в Москве никто ничего не услышал. Мы отделались стенокардией у звукорежиссера и непродолжительным заиканием у меня.

Татьяна Дасюк, творческий работник из Журавской, на вполне классическом русском спросила Президента про газ.

— Проведем до конца января, — ответил Путин.

И никто не заметил инсульта у главного краевого газовщика, который с утра же собственноручно писал в президентской справке «до конца следующего ГОДА». А никакого не января.

— Три часа уже гутарит, а еще такой бадьорый, ты побачь, — пихнула меня локтем под бок Галюся. Казакам Путин понравился.

Вечером краевое начальство накрыло столы азовской севрюгой, курганинскими окороками, жирненькой прикубанской шамаечкой, занесенной в Красную книгу и к вылову запрещенной, одутловатым моченым арбузом и свежей, только что сваренной кровяной колбасой от первых прирезанных в этом году поросят.

Справа от губернатора сидела та самая в меру щекастая, в меру румяная, кто изображал хуторянку, чтобы в эфире хвалить губернатора. Оказалось, это его свеженазначенная заместительница.

Бросив на меня подозрительный взгляд, она протянула мне расписной кубанский платок.

— Губернатор тебе передал. Сказал, шоб ты не обижалась.

— А на что мне обижаться?

— Ну, за армяней в Туапсинском районе. Это жеж он так, шоб люди не расстраивались.

Заместительница наколола на пластиковую вилку кусок рассыпной кровяночки и сказала масляными губами:

— Ну шойсь, землякы, давайте поднимем этот бокал — та шо ты пьешь из пиндюрочки, возьми стакаху нормальную! — за нашу девочку, знамэнитую коррэспондэнтку, нашу Марыну. И хуч она такой навродь шпэндрик — это я по росту имею в виду, — но теперь уже даже то, что она Симоньян, практически нас не должно обижать!


Эпилог

Спустя десять лет ехала я по Кубани по случаю выхода замуж моей шестнадцатилетней сестры. Еду и плачу от умиления и тоски. Слева — созревшее поле овса, на черной земле — молодняк кукурузы, в прорезях тополей туманится белое небо, на ровной пленке лиманов пятна ряски, как бляхи застывшего жира на густом петушином бульоне. Над пшеницей планирует витютень, в изумлении глядя на вертолет, справа — зеленый подшерсток сахарной свеклы, а на бахче — тугие задницы казаков и казачек в синих трико.

«Не могу, — думаю, — так больше жить. Скучаю по Родине. Выйду побалакаю с казаками, душу раненую отведу».

Ну и вышла. Казачки смотрят на меня из-под косынки, и одна другой говорит:

— Смотри, вот эта, молодая. Марына. Которая малеванцам газ провела. Ну и на шо ты его провела? Его до хутора довели, а шоб в дома завести, по сто тыщ просют. А сто тыщ у них откуда, у малеванцев? Тока Ашот себе газ и провел, шоб ему повылазыло.

Тут вступает казак, разогнувшийся над трогательными головками будущих дынь и арбузов.

— Шо вы, бабы, пристали к деуке? Она ж не Чубайс, шоб за газ отвечать. А ты, деука, лучше мне вот шо кажи. Чому у тот раз именно Казаче-Малеванный выбрали с Путиным побалакать? Чи хто письмо ему накалякал-намалевал? — и смотрит на меня земляк с укоризной. — Як нэ як десять лет вже прошло, неужели до сих пор рассказать нэ можешь?

Вот, земляки-кубанцы, все, что могла, рассказала.


Рассказ написан с претензией на художественность. Иными словами, просьба не воспринимать дословно.

[reposted post]Почему бы не снять сериал про бардак на Фукусиме?
masterok
reposted by zh495

Вот много последнее время разговоров про Чернобыльскую аварию. Кто то обсуждает достоверность сериала, а кто то спорит о том, кто же все таки был виноват. Ставят клеймо на том, что происходило в СССР в те годы, на советской науке и советских людях.

А давайте вспомним, что не так давно произошло на Фукусиме. Давайте вспомним про ложь, сокрытиеи информации, бардак, непрофессионализм на японской АЭС.

Читать запись полностью »Collapse )

А ведь на Фуксиме это не закончилось сразу после аварии. Бардак и ложь там еще долго продолжалась — Ложь Фукусимы

Это копия статьи, находящейся по адресу http://masterokblog.ru/?p=37419.

[reposted post]О падающих самолётах, коррупции и отвёрточной сборке
Rogers Red
alexandr_rogers
reposted by zh495

Аналитики компании «Крибрум» (дочернее подразделение компании «Ашманов и партнёры», занимающееся мониторингом соцсетей) нашли в Twitter «равномерное вбрасывание информации в информационное пространство с целью её актуализации и манипуляции общественным мнением». Это про видео со «смеющимися диспетчерами» в Шереметьево.

То есть, по данным «Крибрум», это видео планомерно и искусственно вбрасывали «аккаунты сеток украинских блогеров, информационных сеток аккаунтов сторонников Навального А., Шаведдинова Р., Пахомова И. и других лидеров либерального общественного мнения, а также «Радио Свобода», «Голос Америки» и «Deutsche Welle».

Ещё к ним активно присоединились вместолевые блогеры и их подписчики (или это тоже входит в «украинскую сетку»?).
Как говорится, на манеже всё те же.

Также активно вбрасывалось про «Сухой Суперджет плохой самолёт, всё это последствия упадка промышленности, коррупция виновата, и вообще, Россия – неправильная и неполноценная страна».
Сопровождалось это рассказами о «в этом самолёте много иностранных комплектующих», «отвёрточной сборке» и «от него отказались многие страны мира».
До логического вывода «раз много иностранных комплектующих, а самолёт плохой, то это иностранное качество плохое» скачущие почему-то не доходили.
Хотя они всё равно врут, потому что самолёт SSJ-100 не просто хороший, а по своим характеристикам превосходит основного конкурента из «Боинга». И, между прочим, самолет сертифицировался не только российскими авиационными структурами, но также EASA и FAA, что говорит о высоких стандартах качества.

Впрочем, мы сегодня всё же о другом. И не о трепетном слиянии российских либералов и украинских нацистов в попытках поскакать на костях. И не о характеристиках SSJ-100 (который после попадания молнии в двигатель сумел дотянуть до аэродрома и совершить аварийную посадку, что позволило спасти почти половину пассажиров).

Мы же поговорим о действительно очень плохом самолёте, собранном из запчастей иностранного производства при отвёрточной сборке, от закупок которого отказались многие страны мира. Мы поговорим о Boeing 737 MAX.
Итак, как указывает нам коллега Кирилл Перемет, ссылаясь на данные в открытом доступе, корпорация «Боинг» на сегодняшний день не производит:
а) авионику;
б) двигатели;
в) шасси;
г) иллюминаторы;
д) кресла;
е) обшивку;
ж) силовые конструкции планера;
з) гидравлические системы.

Всё это они покупают у сторонних производителей, зачастую иностранных (для них – не из США). В том числе у российских. Например, ПАО «Корпорация ВСМПО-АВИСМА» (дефективные частные собственники чуть не угробили эту компанию в 2006 году, и лишь вмешательство государства в лице Чемезова и «Рособоронэкспорта» спасло уникальное производство) поставляет Боингу до 80% металла для его самолетов. В конечных изделиях (то есть в виде готовых запчастей).

В целом же российские предприятия поставляют для «Боинга» около 40% всех комплектующих для их самолётов, а доля произведённых в США запчастей составляет всего 23%.
В Соединённых Штатах осуществляется только «отвёрточная сборка из самолётокомплектов».

Но самое ужасное для любителей «на Западе всё лучше» и «Россия безнадёжно технологически отстала» даже не в этом – огромная доля узлов и систем в России еще и разрабатываются! Конструкторский Центр «Боинг – гражданские самолеты» с 2000 года находится в Москве.

Почти все инженеры на заводах «Боинг» – русские и немцы. Американцев практически нет.
Русские разрабатывали Boeing 747, Boeing 737-900ER, Boeing 777-200LR/300ER, Boeing 777F, Boeing 767-200SF/300BCF, Boeing 747 LCF, новый Boeing 747-8 и новейший Boeing 787 Dreamliner.
Вот только ублюдочный падающий Boeing 737 MAX разрабатывали сами американцы.

За последние несколько месяцев упало ТРИ самолёта этой модели. Причём два из них с летальным исходом для всех пассажиров и экипажа – никто не выжил. 29 октября 2018 года разбился самолет индонезийской «Lion Air», погибло 189 человек, 10 марта 2019 года – лайнер «Ethiopian Airlines», 157 погибших. Третий упал в какое-то болото, и, возможно, только поэтому не сгорел.
До этого в мае 2018 года 110 человек погибло в результате авиакатастрофы Боинг 737 на Кубе.

Причём, судя по опубликованным данным, руководство корпорации «Boeing» больше года знало о наличии ошибки, приводящей к пикированию самолёта вскоре после взлёта, но ничего не предприняло для её исправления.

Проверяющие комиссии американского национального регулятора также закрыли глаза на все проблемы и недоработки конструкции (вероятно не просто так, а за немалое вознаграждение).

Преступное равнодушие боссов американской корпорации, а также вопиющая коррупция в США привели к нескольким сотням жертв, которых можно было избежать.

В результате запретили на своей территории полёты самолетов Boeing 737 Мax Европейское агентство авиационной безопасности (EASA), Великобритания, Сингапур, Австралия, Малайзия, Китай, Индонезия, Вьетнам etc.

Добровольно прекратили полеты на лайнерах эфиопская Ethiopian Airlines, бразильская Gol, мексиканская Aeromexico, аргентинская Aerolineas Argentina, кайманская Cayman Airways, южно-африканская Comair, турецкая Turkish Airlines, монгольская Mongolian Airlines и так далее.

По данным Федеральной авиационной администрации США (FAA), на 11 марта 2019 года 59 авиакомпаний в мире эксплуатировали 389 самолетов семейства Boeing 737 Мax. Количество нелетающих Мax 8 превысило 200 штук, или более половины мирового парка.

На конец февраля 2019 года «Boeing» имел невыполненные заказы на 4636 лайнеров 737 MAX. Теперь значительная часть этих заказов отменена.

Кроме того, некоторые авиакомпании намерены подавать иски к «Boeing» в связи с убытками из-за простоя самолётов, недополученной прибылью или с целью возврата уже приобретённых самолётов.

Так кто там «отвёрточная сборка», «из иностранных комплектующих», «создан по коррупционным схемам» и «многие страны от него уже отказались»? Правильно, Boeing 737 Мax.

Опубликовано http://alternatio.org/articles/articles/item/70275-ssj-100-ploh-potomu-chto-pachkami-padayut-boeing-737-max


[reposted post]Мегахалява: бесплатная мобильная связь и мобильный интернет
Orange
ammo1
reposted by zh495
Бесплатная мобильная связь существует. Я не мог поверить, что такое может быть, пока не испробовал на себе. :)



Читать дальшеCollapse )

[reposted post]Поднять Россию с колен. Секреты сталинской экономики
matveychev_oleg
reposted by zh495
Превращение СССР в высокоразвитую индустриальную и военную державу началось со сталинских пятилеток, с 5-летних планов развития народного хозяйства. Это были государственные перспективные планы экономического и культурного развития Советского Союза.

Первая пятилетка пришлась на 1928-1932 гг., вторая – на 1933-1937 гг., третья началась в 1938 году и должна была завершиться в 1942 году, но реализации всех планов этого периода помешало нападение Третьего рейха в июне 1941 года. Однако Союз выдержал испытание войной. В конце 1942 года наша страна производила больше вооружений, чем гитлеровский «евросоюз» – Германия с объединенной ею Европой.


Это было настоящее советское чудо. Страна, которая в 1920-е годы была аграрной страной со слабой промышленностью, стала индустриальным гигантом. В СССР создали тысячи крупных предприятий, десятки новых отраслей промышленности. Уже в 1937 году более 80% промышленной продукции производилось на новых фабриках и заводах. По объему промышленной продукции Союз вышел на второй место в мире, уступая только США, и первое в Европе, обогнав такие сильные промышленные державы, как Германия и Великобритания.

С учётом того, что Советская Россия постоянно находилась под прессом новой войны с Западом или Японией, большие усилия и средства приходилось тратить на развитие военно-промышленного комплекса, чтобы вооружить армию новым вооружением и техникой: самолетами, танками, кораблями, орудиями, средствами ПВО и т. д. Угроза нападения с Запада и Востока предопределила форсированное развитие, его мобилизационный характер.


«Индустриализация – путь к социализму». Плакат. Художник С. Агеев. 1927

Одновременно существовала угроза изнутри – со стороны «пятой колонны». С самого начала в партии большевиков (русских коммунистов) была два крыла: большевики-государственники во главе со Сталиным и революционеры-интернационалисты, космополиты, ведущей фигурой среди них был Троцкий. Для последних Россия и народ были «навозом» для реализации планов мировой революции, создания нового мирового порядка на базе ложного коммунизма (марксизма), что было одним из сценариев хозяев Запада по созданию глобальной рабовладельческой цивилизации. В этом «тайна 1937 года». Русские коммунисты смогли взять вверх над интернационалистами-космополитами. Большая часть «пятой колонны», включая её военное крыло, было уничтожена, часть затаилась, «перекрасилась». Это позволило подготовиться к мировой войне и победить в ней.

Read more...Collapse )


[reposted post]Die Welt (Германия): как концерны США сотрудничали с Гитлером
mikle1
reposted by zh495
«Дженерал моторс» (General Motors), «Форд» (Ford) и «Стандард ойл» (Standard Oil) вели успешный бизнес с Третьим рейхом — как минимум, до начала 40-х годов. О тогдашних связях между Германией и США ходит много слухов. Есть ли в них доля правды?

Ответ в статье :

https://cdn1.img.inosmi.ru/images/24475/41/244754128.jpg

 "Генрих Рихтер был исключительно хорошо осведомлен. Этот берлинский адвокат сообщил 30 января 1943 года на совещании в имперском министерстве экономики, что «компания „Дженерал моторс" списала всю свою собственность в „Опеле" до последнего цента». Таким образом, по его мнению, национализация, запланированная министерством, не потребуется. Она даже имела бы негативные последствия для будущих торговых отношений — после «окончательной победы».
Read more...Collapse )

[reposted post]Голые короли. Жорес Алфёров. История одного еврея от науки
Вовик
wowavostok
reposted by zh495
Мнимые авторитеты, которые навязаны нам паразитической системой, почти всегда не представляют из себя ничего существенного и созидательного. Такая же ситуация с нобелевским лауреатом Жоресом Алфёровым, который при ближайшем рассмотрении оказывается обычным махинатором




Фрагмент книги Анатолия Гончарова "Голые короли"

Лауреат Нобелевской премии, академик Жорес Алферов тоже любил рассказывать сказки. Только не про Мойдодыра с Айболитом, а про себя, совершившего в 60-х подах гениальный прорыв в области полупроводниковых гетероструктур. За эту работу он в 1972 году был удостоен Ленинской премии, в 1984-м - Государственной премии СССР, а в 2002-м - Государственной премии РФ. До кучи стоит упомянуть и международную премию «Глобальная энергия» 2005 года с чеком на миллион долларов. Однако с четвертой наградой за одну и ту же работу вышел облом. Алферову плюнули в имидж. По выражению Швыдкого, нагадили в тетради.

Суть такова. Являясь председателем оргкомитета по присуждению премии, неофициально именуемой «Русским Нобелем», Жорес Иванович первым делом присудил ее самому себе. Факт, несомненно, вопиющий. Разгневанный президент Путин даже отказался приехать на церемонию награждения. Алферов оправдывался: «Я не виноват, что меня выдвинули. И отказаться не мог, чтобы не обидеть коллег». Коллегой, выдвинувшим кандидатуру академика на безальтернативной основе, был Анатолий Чубайс. Через год Алферов должен был на тех же условиях выдвинуть Чубайса.

Рука не успела помыть другую руку. Алферова поперли из оргкомитета, в чем он усмотрел коварные «козни Кремля». В общем, не по-пацански получилось. Чубайс задыхался от злости, а малютки бегемотики схватились за животики - и смеялись, заливались, так что стены РАН сотрясались. Отсмеявшись, пришли к выводу: лучший способ предвидеть то, что будет - вспомнить о том, что было. На всякий случай освежили в памяти тот факт, что фамилия матери академика - Розенблюм, хотя это - не пришей кобыле хвост. Не наше народное дело. Прототипа легендарного Джеймса Бонда тоже звали Соломон Розенблюм, но это не помешало ему стать любимым литературным героем королевы Елизаветы II.

Да и что там забытая фамилия матери, и что такое премия «Глобальная энергия», если даже Нобелевскую Алферов получил за открытие, совершенное группой ученых в середине 60-х подов, когда сам пребывал в непыльной должности секретаря парткома Физико-технического института и являлся членом бюро Ленинградского горкома КПСС, имея смутное представление о полупроводниковых гетероструктурах. Занимался будущий академик воспитанием сотрудников института в духе преданности делу партии, разбирал персональные досье инакомыслящих лаборантов и т. д.

Однако сориентировался грамотно. С целью придания большей идеологической весомости научным изысканиям молодых коллег определил себя руководителем группы, занимавшейся уникальной разработкой - созданием быстрых опто- и микроэлектронных компонентов лазерного генератора. Именно в этой области и было сделано выдающееся открытие учеными Гарбузовым, Третьяковым, Андреевым, Казариновым и Портным. Шестым сбоку припека стал секретарь парткома Жорес Алферов. Тридцать с лишним лет спустя он и отправился в одиночку в Стокгольм за самым престижным в мире титулом. Гарбузов, Третьяков и Андреев впоследствии получили Госпремию РФ, одну на троих. Казаринов и Портной не получили ничего: кому-то все, а кому-то все остальное.

Самому же Алферову впору было приобрести садовую тачку, чтобы возить в ней сыпавшиеся со всех сторон награды. В 1995 году он стал депутатом Госдумы от движения «Наш дом - Россия». Осознав его бесперспективность и вспомнив свою партийную биографию, в следующем созыве вошел в Думу уже от КПРФ. При этом хорошо понимал, что революция, о которой так много говорили большевики, еще раз не свершится. И напрасно Зюганов, брызгая бризантной слюной на кумачовый бант, караулит ее с плакатами в чужих руках - светлое будущее уже поделено: на сферы влияния, и жизнь пошла немножко не по Марксу. Впрочем, это не имело значения - в Думу Алферов избирался исключительно с целью восстановить у прокуроров чувство социальной справедливости: чтобы не попасть под следствие, надо устранить причину.
Обидно академику: до чего довел Россию Путин, даже снег решил - пора валить.

Завхоз великого князя

В 2005 году Жорес Иванович вынужден был оставить пост директора ФТИ им. А. Ф. Иоффе в связи с достижением предельного возраста - 75 лет. Для одержимого коммерцией завхоза, администратора и вице-президента РАН, распоряжавшегося академическим имуществом - недвижимостью, земельными участками, дорогим оборудованием и негласным правом назначать себя научным руководителем перспективных разработок - отставка грозила катастрофой, крушением семейных бизнес-проектов.

Первой жертвой виделся сын Иван, владелец сети роскошных ресторанов и культурно-увеселительных заведений под крышей РАН. Особо престижным считался элитный ресторан во дворце великого князя Владимира на Дворцовой набережной, 26, принимавший питерскую братву под прикрытием казенной вывески «Дом ученых». Понять можно: ученье - свет, а неученье - шконка в Крестах.

Выстроить политическую карьеру сыну-тусовщику у Жореса Ивановича не получилось. Папаша Зю под жестким нажимом академика согласился включить 35-летнего тунеядца в партийный избирательный список по Иркутску, но на выборах его, как и ожидалось, прокатили. Точно так же спустя несколько лет прокатили и самого Алферова, выставившего в 2013 году свою кандидатуру на пост президента РАН. Не стоит вникать в «болотные» подробности того, как в 2010 году его пытались выдвинуть единым кандидатом в президенты страны от правой и левой оппозиции. Электорат однозначно выразил свое отношение к «судьбоносному» либеральному проекту, использовав стилистику «Айболита»: «Нам акула Каракула нипочем, мы акулу Каракулу - кирпичом!».

Недетская сказочная ситуация в рядах фракции КПРФ, поддерживающей Алферова в любом противостоянии Кремлю, основательно запуталась. Стало совершенно неясно, кто тут хищная акула, а кто - седьмая вода на киселе по отношению к легендарному разведчику-плейбою Соломону Розенблюму?

Жорес Алферов, вполне возможно, приходится дальним родственником прототипу Джеймса Бонда, а вот акула ли? Он - творец, ученый, автор более пятисот научных работ, написанных академическими гастарбайтерами, и пятидесяти чьих-то изобретений. А как он работает! Горький наверняка залюбовался бы. Потому хотя бы, что он единственный из пятисот академиков придумал создать под себя некий научный холдинг, куда вошли четыре академических учреждения, в том числе и петербургский Физтех, откуда его не без труда выпроводили. Президентом персонального холдинга, естественно, был избран академик Алферов. В результате нехитрой комбинации финансовая и административная власть над тем же Физтехом снова оказалась в руках пламенного реформатора, посулившего двинуть фундаментальную науку к новым глобальным свершениям.

Никуда она не двинулась, эта несчастная наука. Исчез исследовательский материально-технический потенциал. Дорогостоящего оборудования в лабораториях Физтеха больше не стояло. Алферов рассудил грамотно: при любых реформах и раскладах государство оставит этот институт за собой, приватизировать его не удастся, отсюда разумной представилась идея, подсказанная воровским опытом Чубайса: вывести с баланса Физтеха самую ценную научную аппаратуру, стоящую миллионы долларов, и в рамках холдинга передать на баланс той структуре, каковую впоследствии можно будет легитимно приватизировать.

Подобную «нанотехнологию», при которой видимые и осязаемые активы становятся невидимыми и неосязаемыми, Чубайс успешно освоил в госкорпорации «Роснано», министр обороны Сердюков - в «Оборонсервисе», а миллиардер Вексельберг - в инновационном центре «Сколково». Принцип один и тот же: кому все, а кому - все остальное.

Активный сторонник рыночного передела имущества РАН Жорес Алферов стал яростным противником реформ, одобренных Путиным и поддержанных обеими палатами Федерального собрания. «Возьмемся за руки, друзья! Разгрома допустить нельзя!» - взывал он ко всем акулам воображаемого «Академсервиса» На сентябрьском митинге протеста в Петербурге.
Напрасно мокла на дожде группа престарелой поддержки от КПРФ, напрасно либеральные дуремары от партии «Яблоко» кричали в мегафон, что единственный из живущих в России физиков-нобелиантов стоит в одном ряду с такими выдающимися личностями, олицетворяющими совесть народа, как академик Сахаров, академик Лихачев и трижды почетный академик Солженицын, определив Жоресу Алферову последнее место в списочном составе совестливых столпов.
27 сентября 2013 года президент Путин подписал указ о реформировании РАН. После вступления его в силу начнется «ледниковый период» для 83-летнего обладателя совести народа № 4 - государственный аудит всего имущества Российской академии наук, включая самое престижное научное учреждение под названием «Ресторан Великого Князя Владимира».

Комментарий к несущественному

Шумный, однако мало кем замеченный скандал произошел в Физтехе. Большая часть его сотрудников, пожелавшая вопреки всему заниматься научной работой, выразила вотум недоверия Жоресу Алферову. Директор института Андрей Забродский попытался воспрепятствовать выводу ценного научного оборудования и обратился с отчаянным письмом в никуда: «Алферов стремится отрезать от института целые лаборатории с дорогостоящей аппаратурой и вместе с финансовыми потоками перевести в свой центр, пытаясь руководить Физтехом уже в другом качестве. Он вхож во все инстанции, но не помогает нам, а наносит ущерб. Коллектив возмущен и выражает недоверие академику Алферову как бесполезному научному руководителю, озабоченному только собственным благополучием. Он своего добился. А что делать нам?..»

Как выяснилось, делать научным сотрудникам обездоленного Физтеха нечего. И обращаться некуда. Именно потому, что Алферов «вхож во все инстанции». Правда, чиновники тех инстанций пребывают ныне в некотором замешательстве. 16 сентября 2013 года московский еженедельник «Наша версия» опубликовал на целый разворот статью под названием «Скелеты» академика». Есть в ней такой фрагмент: «Титул нобелевского лауреата стал для Алферова не только «тотемом неприкасаемого», но и позволяет ему нахально высказываться от имени всей научной общественности, мнением которой он не интересуется. За долгие годы своей карьеры Жорес Алферов научился весьма искусно использовать политику и политиков в своих личных целях».
Ни один из «скелетов» академика еще не выпал из шкафа на головы российских прокуроров. Застенчивая совесть народа № 4 тоже пока молчит.

Почетный Тяни-Толкай

В 2004 году, еще до того, как Алферов приступил к созданию персонального «научного холдинга», произошла такая история. Научному центру РАН и Физтеху, находившимся под управлением лауреата всевозможных премий, принадлежали два смежных земельных участка - на проспекте Мориса Тореза и на улице Жака Дюкло. Там расположена обширная парковая зона, и вот там нобелиант пожелал возвести элитный жилой комплекс с подземной автостоянкой. И даже нашел инвесторов для реализации выгодного проекта.
Теперь напомним, что было ровно за пять лет до этого. Академический Тяни-Толкай, прослышав о намерении нехороших людей застроить парковую зону, воспылал благородным гневом: «Застройка приведет к уничтожению оставшейся еще с прошлого столетия рощи, где растут деревья ценных пород. На протяжении 30 лет жильцы окружающих рощу домов постоянно осуществляют посадки новых деревьев... Да и с моральной точки зрения строить один жилой дом, ухудшая условия жизни для обитателей целого ряда других домов, вряд ли можно назвать разумным решением».
Благодаря своим связям Алферов сумел столкнуть негодный проект в яму небытия. Но, как оказалось, лишь для того, чтобы спустя пять лет вытянуть его и попытаться реализовать в своих интересах. Такой вот Тяни-Толкай. И это не последний раз, когда почетный завхоз РАН выступил в роли блатного девелопера, умеющего вытянуть проект, как на себя одеяло, или столкнуть конкурента в пропасть несбывшихся надежд. В 2008 году академик задумал возвести элитное жилье в квартале между 1-й и 2-й линиями Васильевского острова, Малым и Средним проспектами и набережной Макарова. Реализовать проект опять не удалось из-за решительных протестов жителей. Ко всему выяснилось, что строить прибыльные дома намеревались на месте сохранившегося фундамента химической лаборатории Михаила Ломоносова, где планировалось создать музей и были выделены реальные 71 миллион рублей. Кому выделены - не вопрос. Конечно, научному центру, возглавляемому авторитетным и благородным Жоресом Ивановичем.
Итог: жилье «нобелевского девелопера» строить не стали, поскольку массовые акции протеста отпугнули инвесторов, но и к созданию музея тоже не приступили. А деньги из бюджета как-то сами собой растворились в рыночном тумане Васильевского острова. Вполне возможно, что были потрачены на покупку «Бентли» ручной сборки для сына Тяни-Толкая - Ивана Алферова, все еще числящегося научным сотрудником петербургского Физико-технического института.
Теперь даже пожилому вахтеру Физтеха Николаю Петровичу Врангелю стало ясно, что академик Алферов в гораздо большей степени наделен административным, приспособленческим талантом алчного предпринимателя, нежели беззаветным стремлением ученого к ярким открытиям. Мимо этих открытий он, конечно, тоже не проходил, ибо это для него, как ложку мимо рта пронести. Но все же, все же... 83 года. Пора подумать о вечном, пора оглянуться на пройденный путь и что-то завещать своим близким, кроме счетов в офшорных банках. А что завещать, если едва ли не весь послужной список его свершений - это такая срамота, что даже милый Корней Иванович Чуковский залился бы краской стыда, стоя у печей крематория, где сгорают остатки совести. А потом написал бы ругательный фельетон в стихах: «Анархист Тяни-Толкай спер мои колготки. Ах, тому ль его учил господин Кропоткин?..» И непременно использовал бы частушку Рины Зеленой 1922 года: «Есть калоши у меня, пригодятся к лету. А по совести сказать, у меня их нету...»
Калоши пусть остаются на совести Тотоши, равно как и чьи-то колготки. Подобные мелочи академика не интересовали, однако сама мысль касаемо бытовой клептократии клюнула в темечко, как золотой петушок царя Дадона. Актуальнейшая тема. В кулуарах Академии наук давно судачат о том, что многие институты превратились в халявную базу для фирм-арендаторов. Особенно заметно преуспел на коммерческом поприще Физтех. Арендаторы там не Только занимают площади института, но и проводят свои изыскания с использованием научного оборудования, не обременяя себя никакими расходами, кроме регулярного заноса конвертов в нужный кабинет.

Частный бизнес процветал за государственный счет. Академическая наука пребывала в состоянии тяжелого алкогольного недоумения. Благо спирт был бесплатным.

[reposted post]Кудрин назвал ситуацию с арестом Калви чрезвычайной для экономики
Сталин
gmorder
reposted by zh495
Чрезвычайно благоприятной для экономики, ага. А если еще Кудрина, Грефа и Чубайса арестовать, то есть мнение, что экономика попрет вверх как на дрожах...



[reposted post]В России христианство насаждалось в 19 веке
мера1
ss69100
reposted by zh495


В России христианство появилось в 19 веке. Имя Христа упоминается в печатных изданиях после 1860 года

Как легко ввести в заблуждение целый народ. Просто вовремя обрывать связи поколений и поддерживать ложные установки у части населения с детства. Социальные паразиты внедрили религии на планете для превращения людей в рабов...

Когда на самом деле в Россию пришло христианство?

Read more...Collapse )